IPB
Username:
Password:

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

 
Reply to this topicStart new topic
> Треск Золотого Черепа
Am-mu
post Dec 9 2017, 00:18
Сообщение #1


Унтер-флудер
****

Группа: Members
Сообщений: 279
Регистрация: 23-January 13
Из: Киев
Пользователь №: 722



I

Одним вечером на прославленные плиты площади Экзисвилля ступила нога того, кого на острове встретить можно… ну, очень редко – золотого дворфа. Настолько редко, что большинство местных принимает их брата за обычных щитовых дворфов, живших где-нибудь в тропиках и оттого не в меру загоревших. Разодет был представитель этой редкой подрасы не в меру богато: позолоченные доспехи, годящиеся больше для парадов, нежели для боя, такой же роскошный шлем и изумительного вида секира, инкрустированная алмазами. Он вышел на середину площади, хмуро оглядел собравшихся там горожан и завел торжественную речь о главе своего клана, доблестном герое легенд и сказаний. Имя его было Горм Серебряные Брови.

Оказалось, что легенд о нём написано всё еще недостаточно, и этот достойнейший дворф нанял лучших менестрелей материка, чтоб те написали еще одну песнь о его давнишних похождениях на острове. Чтоб песнь была максимально правдива, глава клана разыскивает Энью, целительницу с северной части острова, которая в своё время вылечила Горма, подло отравленного какими-то недоброжелателями. И теперь он хочет узнать из её уст все подробности о происходившем с ним в то время, пока дворф валялся без сознания где-то на грязной лежанке. Но вот незадача – в родной деревне сообщили, что прошло уже несколько лет, как целительница покинула их, отправившись на юг. Поэтому он, Ругнар, славный посыльный своего главы клана, ищет добровольцев, готовых за вознаграждение помочь отыскать Энью.

Среди стоявшего в то время на площади сброда оказалась печально известная Рэй Сэйтарвен, нетрудоспособная преступница. Это было точно на пользу пришлому дворфу, ибо она дала ему ценный Совет о том, что на счет целительницы стоит расспросить старожилов города, к коим она и сама безусловно относится, но в силу покрытых тайной причин отсутствовала последние несколько лет. Через пару часов эльфийка нашла дворфа сидящим в глубокой печали на одной лавок. Выяснилось, что из Энья, в свою очередь, отправилась на болота с пару лет назад и так же не вернулась. Теперь стало почти очевидным, что целительница мертва и закончить песнь должным образом станет настоящей проблемой. Тем не менее, Ругнар твердо хотел разыскать хотя бы её тело, так что он нанял Рэй в провожатые на болота.

Эта идея ей не очень нравилась, ибо всего лишь одним днём ранее эльфийка была в топях по другому делу.

0

Сантэ нанял её для розыска неупокоенных останков, так что, не найдя более перспективных заданий, Рэй отправилась на болота, где наткнулась на странный небольшой водоем. Когда она осторожно приблизилась к нему, чтоб проверить, не лежат ли те самые кости у тростника, то последний с шумом раздвинулся, и из воды вынырнула зелёная морда лошади, обвешанная тиной и водорослями. Это было ни что иное, как келпи, опасный монстр, обманом заманивающий странников в воду с целью утопления. Когда Рэй взглянула в её жуткие черные глаза, то в её голову немедленно проникли странные мысли.

«Эта несчастная лошадь в страшной беде, задыхается, утопая в болоте и дрыгая своими немощными ногами из последних сил! Боги явно не наделили её способностью достойно плавать, поэтому мне нужно срочно исправить эту досадную несправедливость, нырнув к ней и вытащив многострадальное животное на берег» - примерно так думала эльфийка, прыгая в мутную воду, как есть - во всей одежде и снаряжении. В ушах булькнуло, и вот она оказалась как будто в другом мире – маленьком зелёном мире, где есть только она, непроглядная темень вокруг, и лошадь, обнимающая её нежными передними лапами… Всё так хорошо и спокойно… хочется навсегда остаться здесь. Стоит только сделать это, и её жизнь, в кои-то веки, изменится к лучшему…

Но эта эйфория длилась совсем недолго. Воля в ушастой голове, созданной для противостояния ментальным заклинаниям, пробудилась, вернув Рэй в жестокий реальный мир. Осознав весь ужас происходящего, эльфийка забарахталась, задергала руками и ногами, но куда ей было отбиться от объятий здоровенной лошади! Только случай стал спасением – тонкие пальцы нащупали какой-то гладкий продолговатый предмет на илистом дне. Удар в голову лошади не заставил себя ждать, и келпи, думавшая уже, что желаемое в ее руках, ослабила хватку, ошеломленная неожиданностью произошедшего. А Рэй большего и не надо было. Не теряя времени, она вынырнула наверх, выскочила на берег и пустилась наутёк без оглядки, всё еще сжимая в руке спасший её предмет. Этим предметом была кость того, чьи поиски доверил ей Сантэ.

II

А что теперь? Очередные злоключения на болоте в компании страшнейших монстров Фаэруна? Выбор в занятиях снова был невелик, и эльфийка поплелась на болота в компании дворфа, надеясь, что тому, судя по его богатому снаряжению, не составит больших проблем расправиться с любой неприятностью. Но с семидесятифутовыми доспехами не всё так просто…

Узнав о происшедшем накануне, Ругнар сразу же загорелся желанием проверить то самое место, подозревая неладное. Все его знания об объекте поисков составляли только пару слов: женщина-человек, к этому времени – далеко за тридцать, целительница, с украшением в виде железного листка на шее. Дворф не успел даже намочить ноги, как с ним сразу же повторилась известная история, лишь с той разницей, что теперь келпи обернулась очаровательной девушкой. Конечно, монстр не рассчитывал соблазнить дворфа. Взамен этого он проник в его мозг, не обремененный особой защитой, и тотчас же овладел информацией о пропавшей Энье. Вот так, в одну секунду, в то время, как обычным приключенцам требуются часы для рассказа доброй истории за вечерним элем!

Так что дворф, думая, что перед ним та самая целительница, начал заворожено шагать вперед, к грязной воде. Молниеносная реакция Рэй не заставила себя ждать: она воспользовалась своей чудесной арфой, способной в частности рассеивать магию, даже такую, как чары келпи. Но для дворфа было уже слишком поздно… когда рассеивание вступило в свои права, бедняга успел дойти до самого края берега. Прийдя в себя, изумленный Ругнар почти сразу бухнулся в воду, не удержав равновесие. Коренастый золотой дворф весил под три сотни футов со всем своим снаряжением, которое немедленно утянуло его на дно водоема, а вслед за ним – и келпи. Хотя магия твари и была развеяна, она всё еще могла насладиться сладким мгновением торжества! Эльфийка же лишь застыла на берегу, не зная, что делать, как вдруг…

Мощные мышцы келпи позволили ей в отчаянии вынырнуть наверх вместе с дворфом, который оказался явно более сложным соперником, чем большинство её жертв, даже под водой. Воин яростно крошил голову монстра своей сверкающей в лунном свете секирой, не позволяя ей, в свою очередь нанести себе серьезных повреждений ввиду крепких лат. Но даже когда тварь оказалась повержена, происходящее с Ругнаром было сложно назвать триумфом – теперь держаться на воде было не за что, кроме разве что огромного булыжника. С трудом не давая себе утопнуть, дворф начал взывать о помощи к Рэй. Ввиду особой удачливости последней, у неё даже не было с собой веревки, но эльфийка решила использовать кнут вместо неё, чтоб вытащить дворфа.

Вообще, «вытащить» - это малость преувеличенно, учитывая её силы, которых не хватало даже на то, чтоб приподнять тяжеловооруженного воина на дюйм. Но у хрупких эльфиек есть свои преимущества… потому Рэй быстро призвала на помощь своего верного компаньона, огромного волка Гвена. Хоть и с трудом, но ему все же удалось вытащить дворфа на берег. Недовольно ворча, тот начал выжимать бороду и раздеваться. Пришедшая в недоумение эльфийка остановила его, на что дворф сказал, что собирается нырнуть за снаряжением, брошенным в воде ради облегчения. Рэй во второй раз остановила Ругнара, ведь у неё была целая коллекция замечательных свитков, один из которых точно мог бы помочь в подходящей ситуации!

На сей раз им оказался Поднять Нежить, почти настолько же печально известный, как и сама Рэй Сэйтарвен. Перед его прочтением эльфийка запустила прихваченной накануне костью в водоем, чтоб поднявшийся из неё мертвец мог беспрепятственно собрать с дна всё добро, оставив шкуры приключенцев сохнуть на берегу. Вернее сказать, не возродившийся, а возродившаяся, ибо этим трупом оказалась сама Энья, что дворф понял из того самого украшения у неё на шее. Он вновь пришел в глубокую печаль, зная, что глава клана явно не обрадуется такой вести. Но делать было нечего – забрав амулет на всякий случай, Ругнар возвратился в город вместе с эльфийкой.

III

На следующий день Рэй обнаружила дворфа в еще более глубокой печали, чем вчера. Оказалось, что этим же утром он связался с Гормом по мгновенной магической связи, стоившей больших денег. Глава клана пришел в ярость и заявил, что сейчас же отправляется на остров самолично, чтоб взять расследование гибели его любимой целительницы в свои жесткие руки. Так а чего ж тут грустного?

Ничего, кроме тех фактов, что Горм обладает, наверное, сквернейшим характером во всей Великой Трещине, дикими варварскими повадками, любовью к насилию и видит в каждом встречном своего злейшего врага. Даже удивительно, как такому дворфу удалось дожить до седых лет, оставаясь главой одного из самых могущественных и богатых кланов всего материка. Так что Ругнар не на шутку опасался, что с его приездом начнутся дипломатические скандалы с каждой из организаций, представленных на острове, постоянный ор на улицах и метание топоров в кого ни попадя. На этот час он видел лишь один способ задобрить строптивого Горма – скорее всего, последний прикажет вызвать дух убитой, чтоб лично выведать у нее информацию на счет убийства. Поэтому этот ход надо опередить, тем самым угодив главе. Предоставив это Рэй, дворф удалился организовывать достойный прием в порту.

Ошеломленная таким чудным заданием, эльфийка попытала счастья у Сантэ, но священник явно не горел желанием помогать ей, накануне заявившей, что чудесная кость, спасшая её в болоте, послана самим Илматером и Рэй собирается приберечь её у себя вместо какого-то там обычного захоронения. Он сослался на очередь израненных приключенцев, пострадавших из-за умника, приведшего в город вереницу жаждущих крови троллей, так что эльфийка поплелась в Гильдию Магов, не видя других вариантов. Ведь там был не какой-то Сантэ, а старый добрый друг Рэй – алхимик и мастер зачарования Веллар, всегда готовый помочь! Последний, несколько поколебавшись, все же согласился поучавствовать в интересном ритуале пусть даже не особо близкой ему школы заклинаний.

Парочка вербальных компонентов, парочка соматических, и вот Рэй уже беседует с призрачного вида Эньей, умершей неизвестное количество времени назад. Правда, эльфийка имела совсем уж жалкий опыт общения с мертвыми, потому чувствовала себя куда менее уверенней, чем у любимого прудика с бутылкой вина. Из причудливых реплик целительницы про холод и несбывшиеся мечты ей все же удалось выяснить кое-что: по суждению Эньи, убийцей был какой-то эльф л. Что значит «Л»? Неизвестно, ибо слово на эту букву дух договорить не успел, вернувшись на свой план. Лунный, лысый? Рэй решила, что лунный. Все-таки, звучит покрасивей.

IV

Когда она вышла из таверны следующим утром, чтоб передать информацию дворфу и потребовать награду, то порт города преобразился до неузнаваемости. Используя чудеса организационных умений и денежные ресурсы клана, Ругнару удалось собрать у пристани могучую ярмарку из различных торговцев, начиная апельсинщиками и заканчивая более серьезными парнями вроде Латонера. Так что теперь там веселилась подавляющая часть населения Экзивилля и пары ближайших деревень, обливая друг друга элем. Это уже не говоря о том, что дощатый пол пристани был тщательно вымыт и устелен бархатным ковром, вокруг висели кованые символы дворфского клана, каким-то чудом сотворенные Бигрин за одну ночь, а над головой – здоровенный баннер, протянутый от здания тюрьмы до дома Кренов. Когда из-за скалы, наконец, показался корабль дворфов, то нанятые в Гильдии маги запустили в воздух кучу огненных стрел, образовавших тот же символ в воздухе, а большая часть толпы, видимо, была проинструктирована воскликнуть «Все славьте могучего Горма!», ибо именно это она и сделала (эти же слова и красовались на баннере).

Глава клана оказался еще одним золотым дворфом с яростным выражением лица и агрессивным взглядом. Вместо стандартной для дворфов прически на его голове красовался какой-то шедевр из последнего писка моды варваров Утгарта. Только соскочив на пристань на манер северного завоевателя, Горм начал терроризировать город всеми возможными способами, не доходя разве что до его прямого захвата и сжигания с последующим порабощением всех жителей: пинать тех, кто мешает ему пройти, объявлять награды за головы фамильяров местных магов, проводить показательные казни провинившихся подчиненных прямо на центральной площади, и просто вести себя со всеми и каждым, будто он – Король Фаэруна, а они – жалкие черви, ползающие в грязи под его ступнями.

Его поведение не на шутку испугало Рэй. Она уверилась в том, что этот опасный дворф может на месте отрубить ей голову, и ему ничего за это не будет, ибо глава клана просто подкупит судей, заявив, что эльфийка собиралась перерезать ему глотку своими ушами. Потому ей ничего не оставалось, кроме как передать ему сказанное мертвой целительницей. Сперва Рэй собиралась просто сослаться на келпи, мол, целительница поддалась её чарам и стала очередной не очень удачливой жертвой в болоте… но Ругнар сказал, что главе такое не понравится, и он все равно начнет искать каких-то мифических убийц, заговоры и подставы. Взбесившийся из-за смерти последней Горм непременно захотел услышать всё это лично от Эньи, но в Гильдии Магов ему отказали, объяснив, что такой частый вызов духа одного и того же умершего невозможен. Пришедший в крайнюю ярость дворф с трудом удержался от сравнения Гильдии с землей и отправился спать.

V

На следующее утро он ворвался в таверну и потребовал от эльфийки, чтоб она взялась за его следующее поручение, попутно угрожая каждому встречному эльфу расправой, подозревая тех в убийстве. Нет, он бы, конечно, мог использовать собственный отряд рейнджеров, прибывших с ним на корабле, но какой смысл, когда можно эксплуатировать представителей других культур?

Оказалось, что этой ночью Горму приснился странный сон. Якобы бежит он по темному лабиринту за рогатым худым демоном, и никак не может догнать его, чтоб засадить в череп свой двухлезвийный топор. Дворф тут же уверился в том, что сон – вещий, и что символизирует он погоню его самого за убийцей-эльфом (ведь изверг был тощий, как каждый из этих ушастых), и что следы последнего наверняка есть в местном Лабиринте Минотавров. Поэтому она, Рэй, пусть берет Ругнара и вон того эльфа-волшебника именем Даэрон, (которого Горм же только что подозревал в злодеянии, но не срослось, ибо тот оказался солнечным, а не лунным эльфом) и отправляется обыскивать Лабиринт на предмет чего-то подозрительного. Опасающаяся главу клана эльфийка хотела было просто спрятаться у своих родственников и переждать, пока гроза города не уедет куда подальше, но Ругнар заверил её, что рейнджеры Горма весьма неплохи и выследят её, где угодно, после чего присудят наказание в духе неснимаемой цепи на ногах, или отрубленного уха, или десяти лет в прислуге главы клана…

В Лабиринте оказалось неспокойно. Доселе там и в помине не было никаких ловушек, одни только здоровенные минотавры, а сейчас западня была на каждом шагу:

1. Единственная в коридоре жаровня, горящая загадочным красным пламенем, обрушилась вниз со стены, зажегши лужу масла, аккуратно разлитую по полу, после того, как не особо смотрящий под ноги дворф зацепил растяжку. К счастью, расчет был на то, что путники продолжат идти после активирования ловушки. Они же остановились, как вкопанные, испугавшись жуткого треска рвущейся веревки, так что пламя их не задело.
2. Одна из колонн, якобы подпирающих свод Лабиринта, свалилась прямо на того же дворфа, определенно не отличающегося особой удачей и будучи приведенной в действие по принципу предыдущей же ловушки. Тут бы ему и конец, если б Ругнар не успел поднять свой башенный щит, сдерживая ее, но не обладая достаточной силой, чтоб безопасно сбросить в сторону, рискуя раздавить себе ногу или что похуже. У Даэрона к тому времени кончились полезные заклинания, так что Рэй пришлось превратиться в пещерного увальня и зашвырнуть колонну куда подальше, борясь со звериным желанием размозжить ею голову дворфа, внезапно возникшим после превращения в тварь.
3. Упавшие с потолка плиты, уж точно погребшие бы под собой спутников, если не старый добрый щит Ругнара. Он оказался таким обширным (даже более, чем его борода), что под ним смогли спрятаться и сам дворф, и Рэй. Для мага места не нашлось, но, к его счастью, рядом оказалась очередная жаровня, подставка была достаточно широка для его худого тела.
4. Высыпанные на полу шипы, которым исколол себе ноги вызванный эльфом кабан, с помощью разведки которого спутники, наконец, решили обезопасить себя от дальнейших ловушек.
5. Аналогичная самой первой западня уже около спуска на нижний уровень. Кабан привел её в действие своим пятачком, после чего неумолимо сгорел заживо, издавая дикий визг. Проходя мимо черных остатков от горения на полу, Рэй заметила след небольшой ноги, скорее всего, гнома или полурослика. Похоже, ему удалось обойти растяжку, но самой луже масла странник большого внимания не уделил, оставив жирный отпечаток в шаге от неё, отчего тот не сгорел вместе с остальным.

По мере преодоления этих преград спутники встретили золотого дворфа в наряде рейнджера, праздношатающегося по мрачным коридорам Лабиринта. Из короткого разговора с ним выяснилось, что он – один из прислужников Старейшины, отправленный следить за входом, но из любопытства зашедший внутрь «просто поглазеть». Раздраженный Ругнар отправил его назад, и партия продолжила путь.

На нижнем уровне ничего интересного не было – по крайней мере, вначале его, ибо идти вглубь спутники не решались из-за опасных големов-минотавров, охраняющий проход. Уже собираясь развернуться, тонкий эльфийский слух Рэй вдруг уловил едва слышные голоса за ближайшей стеной. На ней зияла здоровая трещина, и, похоже, по ту сторону было какое-то скрытое помещение. Прильнув к черной расщелине, спутники прислушались.

Говоривших было двое: мужской скрипучий голос, скорее всего, принадлежавший оставившему след, и женский, довольно мягкий и приятный, с едва ощутимой ноткой коварства. Судя по короткому диалогу, они были кем-то вроде расхитителей гробниц или что в таком духе, и собирались скоро покинуть это место. По-крайней мере, так подумала Рэй. Так как эти двое были определенной самой необычной и подозрительной вещью в Лабиринте, было решено сообщить о них Горму, не решаясь на месте громить стену и брать их. Ругнар, Рэй и Даэрон благополучно покинули подземелье, унеся с собой приличное количество награбленного у минотавров, награбленное минотаврами у невесть кого.

VI

Горм тут же уверился в том, что эти двое и есть убийцы, забыв о том, что его любимая целительница говорила об эльфе. Придя в крайнее возбуждение от того, что его сон вроде бы взаправду что-то символизировал, дворф потребовал от эльфийки начать выслеживание убийц, не теряя времени. Рэй, уже было думавшая, что избавилась от агрессивного главы клана, оттого погрузилась в страшную печаль. Вместо поисков следов убийц по всей округе она отправилась пить вино в таверну. Бокал осушался за бокалом, и вот в голову ударил приятный хмель, а перед глазами начать плыть, как вдруг ее ухо, не успевшее достаточно подвергнуться действию вина, заслышало голос, казавшийся смутно знакомым.

Говорил полурослик, предлагавший каким-то приключенцам за соседним столом сыграть в кости. Те отказывались, ибо все их деньги «ушли на оплату роскошных номеров по пятьдесят монет штука, да и вообще полурослик – жулик». К тому времени Рэй окончательно распознала в говорившем таинственного незнакомца по ту сторону стены Лабиринта, потому предложила ему покатать кости с ней. Халфлинг с радостью согласился. Почему он так жаждал игры? Да всё просто: в каждом его рукаве находилось по паре подложных кубиков с подпиленными гранями, потому мошенник быстро прикарманил несколько сотен золота эльфийки, у которой не было ни шанса заприметить жульничество в её состоянии, далёком от трезвости.

Но не тут-то было. Оказалось, что на протяжении всей игры за полуросликом следил человек по имени Курт, знакомый Рэй. Когда последняя, огорчившись очередной неудаче, предложила халфлингу составить ей компанию в лесной прогулке, Курт сразу же выбил стул из-под жулика резким толчком, громко обвиняя того в мухлеже. Оказавшись под столом, полурослик без долгих раздумий решил там и оставить подпиленные кубики, после чего вылез назад, давая клятвы в честности и выдвигая ответные обвинения в шовинизме. Не обнаружив на нём костей для жульничества, Курт пришел в настоящую ярость: схватил тщедушного халфлинга за грудки и начал трясти так, что у того чуть было мозги через ухо вытекать не начали, разбившись о черепную коробку. После требования трактирщика прекратить хулиганство он «смилостивился» и швырнул беднягу (не трактирщика, полурослика) о двери. Ругая его, на чем свет стоит, Курт удалился, в то время, как Рэй решила проследить за жуликом, убравшимся от греха подальше на улицу.

Охая и потирая ушибы, мошенник направился к выходу из города. Из-за своим травм не он уделял много внимания проверке хвоста за собой, что, несомненно, спасло бывшую навеселе эльфийку. Выйдя за пределы города, халфлинг вытащил смятый пергамент и принялся усиленно вчитываться в него, будто тот был написан по меньшей мере на драконьем. Шагая по лесу, он вертел бумагу и так, и сяк, то приближая прямо к носу, то отдаляя на всю длину своей суховатой руки. В совокупности с его хаотичным блужданием по окрестностям, это указывало на то, что в пергаменте была зашифрована дорога к какому-то тайному убежищу.

Халфлинг определенно не был самым опытным в мире рейнджером, ибо он постоянно спотыкался о корни, влезал лицом в паутину и только каким-то чудом не собрал на своей ноге все окрестные капканы. Спустя какое-то время он набрел на руины, в которых затаилась пара гоблинов. Явно не славившийся боевым мастерством полурослик с трудом справился с ними, пока Рэй продолжала незримо наблюдать из кустов. Похоже, боги решили, что с него хватит, ибо сразу после битвы на беднягу снизошло озарение. Халфлинг вдруг развернул пергамент верной стороной и уверенным шагом направился к участку леса возле лагеря Хедии Мел'Фор. Дойдя до какого-то куста, он малость помедлил, после чего неуверенно поднес пергамент ко рту. Он остановился совсем вовремя, чтоб не получить несварение, и вместо первого задума порешил сжечь его со словами «да ну к дьяволу». Бросив пепел на листву, полурослик быстрым жестом раздвинул ветви куста и исчез в них, как будто… пройдя прямо сквозь скалу.

Осторожно подойдя к растению, Рэй определила, что разлапистые ветви скрывают за собой спуск в грот. Недолго думая, эльфийка юркнула в небольшой лаз вслед за халфлингом. Оказавшись в полумраке, она притаилась за стеной у выхода, прислушиваясь…

Да, всё верно – помимо капающей воды, можно было вновь различить тот самый женский голос, отвечающий полурослику. Рэй медленно и осторожно выглянула из-за угла, раздираемая любопытством…

Последние остатки хмеля тут же выветрились из её головы, когда она увидела, что второй незнакомый голос по ту сторону стены Лабиринта – ни кто иная, как самая настоящая дроу. Последняя обсуждала с напарником новые сведения по какому-то «делу», выражаясь довольно туманно, из-за чего Рэй снова уверилась в том, что эти двое – кто-то вроде расхитителей гробниц. Узнав от халфлинга о том, что сейчас ночь, дроу решила выйти на пробежку - похоже, она уделяла немало внимания своей физической форме - что заставило разведчицу-Рэй немедленно ретироваться.

VII

Возвратившись в город, эльфийка встретила там Ругнара, с которым, в отличии от главы клана, была в весьма неплохих отношениях. Пытаясь расслабиться с помощью старого-доброго вина после напряженной ночи, она вознамерилась передать через него всю нужную Старейшине информацию. Как бы не так… в окно таверны проник первый луч солнца, и Горм вышел на охоту, заключающуюся в терроризировании горожан. Он ворвался в таверну и швырнул бутылку Рэй о стену под предлогом ненависти к пьянству во время работы. Сам он не пил. Возможно, оттого и ходил злой, как Урдлен. Узнав от трясущейся эльфийки о том, что убийцы найдены… о, он вовсе не отпустил ее с миром и наградой, нет. Горм тут же созвал несколько искуснейших рейнджеров из своего отряда и приказал Рэй вести их и его на место, оставаясь рядом.

Пока дворфы ожидали снаружи, эльфийка полезла проверять грот. «С меня хватит» - решила она, - «Если сейчас внутри никого не окажется, то просто сбегу к родственникам и буду сидеть там, пока этот ходячий кошмар не уедет». Но удача снова была не на её стороне... уже возвратившаяся с пробежки дроу мирно сидела в гроте, напевая песню на своем языке. Халфлинга не было – наверное, выдуривал золото у очередных приключенцев.

Узнав о ситуации, глава клана отдал приказ атаковать, повелев Рэй держаться в хвосте и следить за тылом. Пригрозив, что эльфийка пожалеет о своём рождении на свет, если посмеет дезертировать с поля боя, Горм ворвался внутрь вслед за остальными дворфами. Рэй ничего не оставалось, как последовать его примеру.

Она осталась на том же месте у входа за стеной, которое не просматривалось из основной части грота. Внутри уже вовсю раздавался звон клинков и скрежет метательных топоров, ударявшихся о камень: дроу явно превосходила дворфских рейнджеров в боевом мастерстве, используя всё, что можно, чтоб уходить от их ударов: увертливость, горную породу, тела самих дворфов в качестве щита… обойдя парочку из них со стороны, она совершила ошеломительный прыжок, завершением которого должна была стать кончина очередного рейнджера. Горм в то время пришел в небывалую ярость, видя неудачи своих подчиненных. Он уже принял боевую стойку, готовясь достать прыгающую рядом дроу своим ужасным двухлезвийным топором, как вдруг… всю пещеру накрыла кромешная тьма. Нет, это не была магия дроу: в поединке против стольки соперников сразу времени на колдовство не находилось.

Это была Рэй, решившая взять ситуацию под свой контроль. С помощью её чудесного плаща, некогда принадлежавшего могущественному чародею Андрасу, эльфийка могла запросто видеть даже в магической тьме. Вот дроу, удивленная внезапной переменой освещенности, проносится над одним из рейнджеров в прыжке, всё же сумев достать клинком до его глотки… вот Горм, ошеломленный не менее, совершает хаотичный взмах оружием, которым задевает ногу дроу выше колена, пока та еще в воздухе… еще до того, как тёмная эльфийка приземлилась, светлая вытащила свой заряженный арбалет. Долго думать не пришлось – мишенью стала голова главы клана.

О, с каким наслаждением Рэй наблюдала за тем, как болт пробивает его череп с жутким треском, заставляя несколько неудачливых седых волос падать оземь! За те несколько дней, что Горм пребывал в городе, она успела возненавидеть его так же, как иного полуорка – за пару месяцев. Варварские повадки, угрозы расправой, битие её, Рэй, винных бутылок, наглое использование её навыков следопыта задарма, бесконечное хамство и самоуверенность, принуждение к наблюдению за казнью провинившегося рейнджера, принуждение к выбору оружия для казни… список того, за что эльфийка ненавидела Горма, можно продолжить на пару страниц. Но чувствовать облегчение было рано – в гроте все еще оставалось пару выживших рейнджеров, и Рэй принялась за их истребление: еще один пал жертвой арбалета, второго же она поразила кинжалом в шею. Когда тьма развеялась, дроу уже успела доковылять до своих вещей и оказывала себе первую помощь, удивлясь тому, откуда же пришла неожиданная помощь… неужели божественное вмешательство?

Но нет, Рэй открыла завесу над этой тайной, робко выглянув из-за стены – убивать ничем не насолившую ей дроу она не хотела, потому просто договорилась с той, что сымитирует всё так, будто тёмная эльфийка совершила массовое убийство в одиночку. Поменяв свои болты на стрелы дроу в отверствиях тел, Рэй, дрожа от пережитого напряжения, спешно вернулась в город.

После разговора с Ругнаром выяснилось, что последний нежданно-негаданно оказался сыном Горма и следующим главой клана. Он не особо опечалился смерти тирана, и благодаря его доверию Рэй удалось выставить всё так, будто она просто сбежала с места битвы, пока убийца вершила своё тёмное дело. На следующее утро главной вестью в деревне стало что-то вроде «Коварная дроу подстерегла славного дворфа Горма и его свиту и нанесла им подлый удар в спину».
Go to the top of the page
 
+Quote Post
FelixWish
post Dec 10 2017, 12:21
Сообщение #2


Member
**

Группа: Members
Сообщений: 13
Регистрация: 30-November 17
Из: г. Липецк
Пользователь №: 907



Прочел, понравилось. Теперь лучше знаю, что произошло. Спасибо, товарищ Ам-му, что не поленился все подробно расписать.
"печально известная Рэй Сэйтарвен, нетрудоспособная преступница" - это сильно.)

Сообщение отредактировал FelixWish - Dec 10 2017, 12:21
Go to the top of the page
 
+Quote Post
Kavin
post Jan 23 2018, 14:40
Сообщение #3


Унтер-флудер
****

Группа: Axistown Dev Team
Сообщений: 314
Регистрация: 3-January 08
Из: Казахстан, Астана
Пользователь №: 3



Фут - это мера длины. Мера веса - фунт. Так что доспехи, наверное, всё же семидесятифунтовые.

А так - всё понравилось. Интересно читать то, что сам не успеваешь переживать.


--------------------
"Соображалка - страшное оружие, кроме случаев когда тебя убивают быстрее чем ты печатаешь" © Razor25
Go to the top of the page
 
+Quote Post

Reply to this topicStart new topic
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



Текстовая версия Сейчас: 16th July 2018 - 15:38
2002-2008 © “Axistown.ru” by Axistown Developers Team
Skin designed by Headshot at SolutionDesigns.net