IPB
Username:
Password:

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

 
Reply to this topicStart new topic
> Фитцджеральд, Глава 2. Первые пять шагов
FelixWish
post Jan 5 2018, 18:03
Сообщение #1


Member
**

Группа: Members
Сообщений: 15
Регистрация: 30-November 17
Из: г. Липецк
Пользователь №: 907



Глава 2. Первые пять шагов

«Конечно, многие из нас смутно помнят детские годы:
беззаботный смех, неустанно льющийся из наших маленьких
ртов, нескончаемый водопад слез из наших любознательных
глаз, беспрерывный плач, будивший матерей и отцов, которым
так не хватало сна первые годы нашего существования. Все
это прячется где-то в бесконечных туннелях изворотливого
сознания, отдаляя нас от первородного начала. Один
горе-мудрец утверждал, что если хоть на мгновение удастся
поднять весь этот груз из глубин памяти, мы неминуемо
достигнем просветления, ощутим структуру мироздания,
почувствуем незримые нити, соединяющие миры, поймем
условность границ. Лично мне кажется, что большинство
наложит в штаны примерно в первой половине процесса,
потом потеряет сознание, а когда очнется, не будет
понимать, как жить дальше.»
(ц) Фитцджеральд

Первые годы жизни Грязнули прошли… весьма насыщенно, но рассказывать каждый день было бы неуместно, поэтому постараюсь рассказать все коротко, но так, чтобы у вас сложилось понимание происходившего вокруг маленького мальчика, оказавшегося в кругу блудниц, пьяных матросов, бочек с алкоголем и одной маленькой свечки.

Год первый
Растрепанная девушка вбежала в комнату, где сидели Мэгги и Элизабет. Полуденное солнце осветило бледное лицо Триши. Капилляры в глазах несчастной проститутки полопались, под глазами были огромные синие круги. Ей было всего семнадцать, но не знающий этого факта мог с легкостью ошибиться лет на десять. Тело ее давно созрело, а о мужчинах девушка знала более чем достаточно. Дурнушкой не была, но и бросающейся в глаза красотой не обладала. Триша возвела руки к потолку, словно ища божественной помощи, и простонала:
– Этот ребенок плачет и плачет, плачет и плачет, плачет, плачет, – голос ее шел по нарастающей: – плачет, плачет, плачет, плачет! Надо было его…
Триша осеклась, когда в коридоре послышался глухой звук шагов. В проеме появилась грузная фигура Энтони. Левой рукой он облокотился на дверной косяк и сказал Мэгги:
– Милая, сегодня к нам гости, подготовь девочек, – лицо его было довольным.
После этих слов хозяин таверны посмотрел на разнервничавшуюся проститутку и покачал головой:
– Плохо выглядишь, – сказал он через плечо, медленно зашагав по коридору в обратную сторону.
После этих слов бедная девушка опустилась на пол, руки ее медленно поднялись к лицу, закрыли рот, а из глаз потекли слезы. Матрона встала, подошла к Трише, положила руку на ее голову и начала медленно гладить волосы. Черные кудрявые засаленные локоны плачущей проститутки играли бликами под светом пробивавшихся через замызганное окно лучей солнца, оставляя сальный след на пальцах хозяйки таверны.
– Тише, тише, милочка, не слушай этого медведя. Поверь, я бы все отдала, чтобы выглядеть сейчас как ты. Посмотри на меня.
Триша, отведя виноватый взгляд, повернула лицо к Мэгги, глаза ее покраснели и набухли, губы были поджаты, по щекам все еще струились слезы.
– Ну вот, ты же красавица. Пойдем умоем тебя и сделаем прическу, чтобы перед нашими гостями ты предстала в должном виде, – мягко произнесла Мэгги.
– Я правда красивая? – всхлипывая спросила Триша, все еще не в силах смотреть в глаза.
Ее голос прозвучал так, будто ничто другое в целом мире совершенно не имело значения. Лицо было полным надежд услышать такой простой и короткий ответ на столь неуместный вопрос.
– Ну конечно, – поняв суть и важность вопроса сразу ответила Мэгги. – Правда ведь, Бет?
– Да, – отозвалась Элизабет. – Здесь других не работает.
Триша громко выдохнула, посмотрела в глаза матроне, вытерла слезы и скорчила нечто напоминающее улыбку.
– Ой, я такая дурочка, госпожа Мэгги. А знаете, знаете, нет, это я хочу быть похожей на Вас. Вы, вы такая сильная, мудрая, а я, я просто дурочка.
Мэгги была довольна результатом разговора.
– Ду-ро-чка, – медленно протянула Триша, качая при этом головой и выпучив глаза.
– А теперь, поднимайся, милая, иди за мной, – сказала властно матрона: – Бет тебя подменит.
Если бы вы посмотрели на лицо Элизабет, а для друзей Бет, то сразу поняли, что она не удивлена таким исходом. Девушка молча встала и пошла в комнату к ребенку. Ей было немного больше чем темпераментной Трише, всего двадцать; вот только сразу было видно, что она старше. Нет, выглядела Элизабет как раз лучше, чем ее коллега, простите, я неправильно выразился, с виду хрупкая девушка была взрослее; это чувствовалось в манере держаться на людях. Не скажу, что жизнь ее отличалась особой тяжестью относительно остальных блудниц «Сочного окорока», но и не посмею заявить обратное: она забеременела, когда лет ей было, как Трише, случился выкидыш. Пять дней после этого она просидела в комнате лишь на одной воде, не произнеся ни слова, а потом как ни в чем не бывало вышла и принялась за работу. Все последовали ее примеру и тоже сделали вид, что ничего не случилось. Это была очень красивая девушка, ее волосы средней длины цвета пепла, всегда вымытые, лежали на плечах словно иней на ветках деревьев, красиво и безмятежно. Она была небольшого роста, с тонкой лебединой шеей и большими зелеными глазами, жемчужина борделя. Эту проститутку продавали проверенным клиентам, которые не имели привычки распускать руки больше чем следует… или чем оплачено.
Элизабет подошла к плачущему ребенку, взглянула на него своими зелеными глазами, которые, казалось, в тот момент впитали всю грусть мира, вздохнула и нежным голосом произнесла:
– Чего расшумелся? Настоящие мужчины себя так не ведут.
После этого взяла ребенка на руки и начала укачивать. До прихода Толстухи Бри, что подкармливала Грязнулю грудью, оставалось полчаса.

Год второй
Сестры Джейн сидели за столом и играли в карты. Виктория, умудрившаяся сесть на стул в позе лотоса, раскуривала трубку с душистым табаком, им ее угостил один из матросов, что частенько захаживал в таверну к Энтони. Сам матрос утверждал, что выменял этот особый табак у одного тейца, цена была договорной – бочонок за раба.
К слову, Тей – нация, во главе которой стоят Красные волшебники, ребята, скажем так, не самого благородного пошива, распустившие свои загребущие руки по всему континенту. На улицах царит жажда безграничной власти, приводящая к бесконечной погоне за богатствами и роскошью. В алхимических лабораториях проводятся неоднозначные исследования в области магии, исследования с затхлым запашком, если вы понимаете, о чем я. Фундаментом данной прожорливой машине служит рабство. Поэтому, если, вдруг, с детства вы мечтали о рабах, добро пожаловать в Тей, но сразу хочу предупредить, ситуация может сложиться несколько забавным образом – могут продать и вас, ирония как ни крути. Только представьте, в один момент станете бесправным представителем низших слоев общества, вещью в руках жестокого господина, в привычки которого не входит накопление злобы, он вымещает ее на вас. «Работорговля – безнравственно!» – скажете вы? Возможно, вот только хоть мы и не отдаем себе отчета, все в мире стоит жизней существ, обремененных самосознанием, пусть не так открыто, но все же. Жизнь состоит из отведенного времени, время это тратится на достижение тех или иных результатов: постройка города, свержение тирана, обретение знаний, ковка меча, взращивание пшеницы. Знаете ли вы сколько жизней положено на то, чтобы научиться плавить хорошую сталь? А сколько жизней потребовалось для ковки хорошего меча? А чего стоит хлеб, съеденный вами днем? Вот и получается, что золотые монетки в кармане, которыми вы так дорожите, не что иное как обмен, обмен золото-жизнь по договорной цене. Безнравственно.
Густые клубы дыма поднимались в воздух, будоража воображение. Словно тысяча гостей, ввалившихся на пышный прием, дым наполнял воздух: кружился в причудливом танце, расходился к столам, а потом медленно начинал исчезать, словно веселье подошло к концу. После чего следовали глубокие вдох, выдох, и дым уже стаей птиц, сидевших на берегу озера, резко поднимался в небо. Когда большое количество пернатых взмывает ввысь рядом, вы на секунду забываетесь, начинаете чувствовать себя частью стаи, взлетаете вместе с ней. Пусть на мгновение, у вас появляются крылья. Вот и Виктория невольно превращалась в дым, сама того не осознавая.
– Твой ход, – произнес далекий голос, – ээй, разиня, ты тут?
– М? – непонимающе произнесла Виктория.
– Твой ход, – с ехидной улыбкой произнесла Лола.
– Мой… ход? – попыталась сконцентрироваться Виктория.
– Ты что, обкурилась и размечталась о мужиках на белых конях? ¬– расхохоталась Лола. – Он такой въезжает прям таверну.
– Я… – промямлила Виктория.
– Его грива развивается, грива его коня развивается, я знаю, тебе нравятся лохматые, – вскакивая ногами на стул вещала Лола.
– Цок-цок-цок, он уже прямо перед тобой, проводит рукой по своим шелковистым волосам, протягивает к тебе руку, – Лола изменила голос и продолжила. – Любимая, Вы достойны большего, я искал Вас всю жизнь, взберитесь же на моего жеребца, чтобы я мог увезти Вас отсюда в свой огромный замок и нарядить в дорогое платье.
– Ой дуреха, ой дуреха… – покачала головой Виктория.
– Мой жеребец нас быстро домчит! – хлопнула себя по гениталиям Лола. – Смелее, взбирайтесь, любимая!
– Ло! – захохотала Виктория.
– Кто такая Ло? Не знаю никакой Ло! Я – барон Любоф Де Члене, я приехал забрать Вас из этого унылого места, о прекрасная Виктория! Вскружимся же в танце. – Лола соскочила со стула и сделала пригласительный реверанс Виктории.
– Ты с возрастом не умнеешь, – заливалась смехом Виктория.
– Барон Де Члене ждал Вас всю жизнь, но теперь не будет ждать и минуты, Вашу руку, миледи! – Лола протянула руку в сторону Виктории.
– Отстаньте, барон, я не такая, – подхватила Виктория, после чего ловко спрыгнула из позы лотоса, развернула стул спинкой к Лоле, а потом оказалась на нем с широко раздвинутыми ногами.
– Конечно, не такая, таких как Вы не сыскать во всем свете! – Лола схватила Викторию за руку и завязался танец.
Танец тот был прекрасен, вы мне поверьте. Он был полон дурачества и смеха, в этом была его красота, в нем была жизнь. Помните, друзья мои, любая техника останется в тени самого нелепого исполнения, наполненного жизнью, закостенелость может тронуть сердце, но никогда не сыграет песни на струнах вашей души.
Пляски прекратились после того, как сестры Джейн ощутили на себе чей-то взгляд. Послышался детский смех, сестры одновременно обернулись и увидели малыша в обкаканных штанишках, ползущего в их сторону. Когда он оказался рядом со столом, на котором лежали брошенные карты, попытался встать на свои маленькие ножки, но упал.
– Смелее, маленький засранец, у тебя получится – задорно сказала Лола.
На ее удивление, ребенок посмотрел понимающим взглядом и попробовал еще раз, но снова упал. Сестры переглянулись.
– Давай, Грязнуля, у тебя получится, – с неподдельным азартом произнесла Лола.
– Да, ты сможешь, – подтвердила Виктория.
Грязнуля вновь попробовал встать на свои маленькие непослушные ножки, этот процесс приковал все внимание сестер.
– Давай-давай, смелее, – наперебой говорили они.
Весьма удивительная вещь, как только кто-то начинает делать что-то трудновыполнимое перед публикой, можно ощутить мгновения эмпатии. Эти тяжело уловимые сопереживания словно сливаются в воздухе в некую массу, которая начинает кружиться, с каждой секундой становясь все плотнее и будто наэлектризовывается. И если, вдруг, результат успешен, проходит четверть мгновения, прежде чем публика это осознает, еще четверть, пока широко откроет глаза, а потом еще четверть, чтобы понимание произошедшего стало общим. Самое прекрасное происходит в последнюю четверть – бросивший вызов встает в победную позу, разогнанная всеобщим пониманием, наэлектризованная масса несется к достигшему успеха, на всей скорости врезается в него, едва ощутимые электрические разряды пронизывают все тело, давая почувствовать каждую частичку организма. Публика начинает реветь от восторга. Вот тогда-то и появляется настоящее ощущение жизни.
Грязнуля снова упал, тогда ему так и не удалось подняться.
– Не огорчайся, маленький засранец, – подбодрила его Лола. – в следующий раз у тебя обязательно получится.
– Она права, – подмигнула Виктория.
– Где ты, мелкий засранец?! – раздался крик сверху.
– Ну и прилетит же тебе от Триши, – хохотнула Лола.
– Он здесь, сразу возьми новые портки! – крикнула Виктория.
Грядущей ночью Грязнуле исполнится три года, утром он не получит подарков, сладостей и просто особого внимания, это будет обычный день в жизни мальчика хотя бы просто потому, что никто не запоминал дату его рождения, никто не давал ему нормального имени.

Год третий
Маленький халфлинг несся через коридор на всех парах, в его наплечной сумке поблескивал драгоценный камень. Это был коридор древней гробницы одного очень богатого короля. Гробница та была выстроена получше некоторых дворцов: куча коридоров, высокие своды, потайные комнаты с ловушками, сложные механические замки, непроходимые магические барьеры, за каждым углом могла притаиться опасность. Все это потребовалось для того, чтобы заточить скупость короля под надежной охраной после его смерти. Короля этого можно понять, ведь он потратил целую жизнь на накопление богатств, а тут эта приставучая смерть. Ну неужели можно так просто расстаться со смыслом всей жизни? Конечно нет. Вот именно по этой причине король приказал построить вместительный склеп, где вместе с ним будут захоронены сокровища. О, сколько умелых рук пыталось проникнуть в данную обитель, добрая половина самых искусных воров со всего Фаэруна попытали счастье в этом лабиринте. Надо сказать, что некоторым из них крупно повезло – они выбрались оттуда. Да, с пустыми руками, но живыми. Самые мудрые туда даже не сунулись. Никому не удавалось попасть в сокровищницу скупого короля, никому… до сегодняшнего дня.
– Кто посмел прикоснуться к моим богатствам!? – ревел утробный голос.
Халфлинги – раса человекоподобных существ небольшого роста, известные своими озорными глазенками, ловкими ручками и быстро переставляемыми ножками. Помимо прочих достоинств, за ними наблюдается черта понимать все быстро и сразу. Именно поэтому наш герой все понял как надо и сразу перешел к действию – старался бежать не оглядываясь и уж тем более не отвечать на провокационные вопросы.
– Кто бы ты ни был, ты заплатишь жизнью за свою дерзость! – дал понять серьезность своих намерений зловещий голос.
– Левая нога, правая нога, левая нога, правая нога, – приговаривал себе под нос халфлинг. – Так недолго и живой легендой стать, мертвой я быть вовсе не согласен.
– Где ты? – не унимался голос, разносившийся по коридорам эхом.
– Стены, стены, стены, стены, хотя бы стрелочки к выходу на них нарисовали что ли, – не отвлекался на пустяки бегун. – Ох, что-то терзают меня сомнения по поводу маршрута, кажется оттуда получается не совсем так как туда.
Что-то чуть слышно щелкнуло под ногой маленького героя. Из левой стены, рассекая воздух, вынырнули четыре копья. Но разве может столь примитивная ловушка становить одного из лучших, если не лучшего, вора Фаэруна? Халфлинг ловко проскользил по полу под копьями, не сбавляя темпа, сильно оттолкнулся правой рукой от пола и вернулся в положение бега, будто ничто и не пыталось его остановить.
– Я чувствую твой мерзкий запах, вор! – злорадно произнес голос.
– Да ты что? А это чувствуешь? – рассмеялся халфлинг и выпустил газы на ходу.
Вы будете удивлены, но в помещениях с хорошей акустикой громкий выпуск газов звучит довольно зловеще, а наш герой, не смотря на маленький рост, весьма преуспел в этом деле. Скажем так, получилось весьма убедительно.
– Да как ты смеешь!? – негодовал голос. – Убью!
Халфлинг знал, что ему необходимо покинуть склеп, ведь за ним гнался призрак самого скупого короля.
Быть призраком довольно неинтересно: вы не ощущаете времени, ничто вас не радует, но самое главное – вы прикованы к месту, которое не отпускает вас в мир мертвых. Все это было известно нашему маленькому герою. Халфлинг мухой вылетел из склепа, даже не пытаясь закрыть за собой дверь, последнее что он слышал вслед из глубин коридоров – истошный крик «Мое!». Конец.
– Ох уж эти сказочки, кто их только выдумывает? – закрыла книгу Элизабет. – Почему еще не спишь?
– Ите, – произнес детский голосок.
– Нет, мелкий воришка, на сегодня с тебя хватит, – потрепала за нос Грязнулю Элизабет.

Год четвертый
– А это как читается? – вкрадчиво спросила Элизабет.
Грязнуля долго разглядывал слово «собака», наклонив голову набок, после чего заулыбался и протянул высоким голоском: «Собака!»
Девушка одобрительно кивнула, ей нравилось учить мальчика читать. Может Элизабет нашла в нем своего потерянного ребенка, или просто сыграл злую шутку материнский инстинкт, точно не скажешь. Мне почему-то кажется, что в Грязнуле она увидела мимолетное отражение, искорку другой жизни, жизни вне стен публичного дома. Там она была обычной девушкой склонной к вышиванию с любящим мужем и добрым небольшим псом черно-белого окраса, вечно крутящимся в ногах. Она вставала бы рано-рано, ведь надо успеть приготовить сытный завтрак любимому и собрать еды в узелок на обед, чтобы он неустанно трудился на верфи весь день, а потом занималась домашними делами в компании пса до тех пор, пока на столе не оказывался бы вкусный ужин. Спустя некоторое время их небольшой дом наполнился бы смехом двух, а лучше трех малышей. Жили бы они не богато, но в достатке, никому ни в коем случае не пришлось бы голодать. Все кругом удивлялись бы их дружному семейству и наперебой говорили: «О, как они на вас похожи! У него точно твои глаза и его нос, а младшенькая вовсе твоя копия!»
Мальчик потрепал за рукав о чем-то задумавшуюся проститутку.
– А, чего говоришь? – встрепенулась замечтавшаяся Элизабет.
– Тетя Бет, давай еще? – ласково сказал Грязнуля.
– Давай. А вот это как читается? – произнесла девушка и указала, не глядя на слово.
– Это… – мальчик внимательно изучал слово, разглядывая его то с одной стороны, то с другой, периодически шевеля губами. – Прочность!
– Ох, – удивленно произнесла Элизабет, после чего уставилась в книгу. – Действительно… прочность.
Проститутка приподняла правую бровь и посмотрела на мальчика, который не менее выразительно посмотрел в ответ, постаравшись как Бет поднять одну из бровей, но у него так ничего и не вышло, своенравные брови устроили причудливый танец.
– Откуда ты знаешь, как читается это слово? – засмеявшись сказала Элизабет. – Мистер игривые брови.
– Я и не знаю, тетя Бет, – пожал плечами мальчик. – Но мне кажется, что оно читается так.
– Уж конечно! – прищурилась девушка. – Так я тебе и поверила, маленький жулик.
– Никто кроме тети Бет не учит меня читать, – развел руками Грязнуля.
– И то верно… – постучала указательным пальцем по нижней губе Элизабет. – И то верно…
Еще какое-то время девушка так и сидела, погрузившись в свои рассуждения.
– А что это? – любознательно произнес мальчик.
– Что это – это что? – прищурившись посмотрела на Грязнулю Элизабет.
– Прочность – что это? – невозмутимо ответил мальчик.
– Прочность это… – девушка задумалась. – Это когда что-то такое крепкое, что нельзя сломать.
– Как горы? – округлил глаза Грязнуля.
– Да, думаю да, горы прочные, – отозвалась Элизабет.
– Как волшебные мечи? – спросил Грязнуля.
– Да, как мечи, – улыбнулась Элизабет.
– А что еще прочное? – озадаченно спросил мальчик. – Что еще прочное, расскажи.
– И куда это Вы так намереваетесь выучиться, юный господин? – с усмешкой сказала девушка, которая испытывала некое подобие гордости за юное дарование.
– Это я еще не решил, – задумчиво произнес Грязнуля, после чего добавил. – Но когда-нибудь решу.
Брови Элизабет от удивления поднялись так высоко, что чуть не достали до волос. Проститутка с минуту изумленно глядела на маленького мальчика, порываясь что-то сказать, но так и не нашла подходящих слов.
– Не бойся, тетя Бет, – отреагировал на изумленное лицо девушки Грязнуля. – Я возьму тебя с собой.
После этих слов Элизабет окончательно потеряла дар речи. Это было так глупо и странно, но ей вдруг стало так легко после заявления четырехлетнего несмышленыша, что произошедшее просто не укладывалось в голове. Перед глазами в одно мгновение пронеслись все дни, что она провела в «Сочном окороке». Каждый из этих дней накладывался на предыдущий, образуя вокруг неприступную стену отчаяния. Эта стена росла так долго, что стерла воспоминания о том, что за ней что-то есть. Целый необъятный мир превратился в ограниченное пространство квадратной формы, сковав тело и лишив надежды. То, что казалось бесконечным, в итоге оказалось лишь маленькой точкой. А теперь вдруг все, что было забыто сердцем так давно, что приравнивалось к потерянному в вечности, воспрянуло духом от слов четырехлетнего мальчика.
Элизабет пришла в себя и посмотрела на Грязнулю, мальчик беззаботно ковырял в носу.

Год пятый
Грязнуля сидел один в своей темной холодной комнате, располагавшейся на первом этаже недалеко от кухни, наблюдая за пламенем маленькой догорающей свечки, за окном хлопьями валил снег. Хотя, комнатой это можно было назвать с натяжкой, скорее напоминало продолговатый чулан, половину которого занимала узкая кровать, но ведь было одно окно, а значит назвать это помещение чуланом было бы в корень неверно. Ввиду того, что первый этаж находился ниже уровня земли, маленькое окошко располагалось почти под самым потолком и выходило во внутренний двор, где Энтони держал собак, из-за чего комната походила на темницу. Здесь не было абсолютно ничего, к чему хотел бы прицепиться глаз: справа – кровать, рядом под окном тумбочка, маленький столик и табурет у левой стены, над ними полка с потрепанными книжками, на входе несколько крючков под одежду. Все это Грязнуля считал своим домом.
Многое можно сказать о человеке, зная, что он вкладывает в слово «дом». Это довольно удивительный вопрос – «что есть дом?». Кто-то начнет перечислять стены, крышу, двери, окна, кому-то придет в голову мысль о месте, где он проводит ночь, отдельно взятые индивиды заявят, что это там, где они родились и хотят умереть. Также дом может быть сложным собирательным образом, передающим скорее ощущения: теплая кровать, лежа в которой видят сны, грезят, пытаются разобраться в себе, комната, которая хоть напоминает маленькую крепость, где можно спрятаться в случае больших бед, тот угол, который можно назвать своим, то окно, через которое так тяжело представить громадный мир, тех людей, что успокоят посреди ночи, если приснился кошмар, а потом будут гладить по голове до тех пор, пока снова не уснешь. Есть масса путей, которыми вы можете пойти, блуждая несметное количество дней в поисках единственного правильного ответа на вопрос «что есть дом?». Многие склонны к поиску трудно уловимой истины, формы без форм, что прозрачна как слеза младенца и легче чем перо для урагана. Кто знает, может лучше склониться к понятию «выбор»? Ну неужели жизнь настолько скупа, что не позволит вам сделать выбор, принять решение что является чем для вас? Именно для вас.
Внезапно Грязнуля заговорил со свечой:
– Здравствуй, свеча, – шепнул он тихонько, наклонившись к ней поближе. – У меня к тебе будет огромная просьба.
Пламя свечи легонько дрогнуло от учащенного дыхания мальчика, но потом прильнуло назад.
– Я не знаю кого еще попросить об этом… – мальчик ненадолго задумался, после чего продолжил. – Мне, мне больше некого.
Пламя легонько раскачивалось взад-вперед, внимательно слушая мальчика.
– Тетю Бет настигла неудача, она заболела. Я не знаю, что с ней, но тетя Бет часто кашляет и стала бледной словно снег. Она старается мне улыбаться, но видно, что ей тяжело. Вчера погладила по голове, мне нравится, когда она так делает. Я думаю, если ты отдашь ей свое тепло, она поправится. Знаю, что твое тепло не безгранично, поэтому давай договоримся, я затушу тебя, а ты всю ту силу, что тратила бы на меня, отдашь ей.
Пламя замерло на месте после слов мальчика, словно обдумывая его слова.
– Ага? – нетерпеливо спросил Грязнуля, кивнув. – Ты ведь мне поможешь?
Пламя свечи робко кивнуло ему в ответ, после чего опять вытянулось по струнке.
– Вот и славно, – сказал грязнуля, послюнил пальцы и затушил свечу. – Спокойной ночи, тетя Бет, выздоравливай.

Интересующимся прилагаю PDF-файл. Из существенных отличий - картинки.

Сообщение отредактировал FelixWish - Jan 5 2018, 18:02
Прикрепленные файлы
Прикрепленный файл  Chapter_2.pdf ( 769.88 килобайт ) Кол-во скачиваний: 0
 
Go to the top of the page
 
+Quote Post

Reply to this topicStart new topic
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



Текстовая версия Сейчас: 21st September 2019 - 20:58
2002-2008 © “Axistown.ru” by Axistown Developers Team
Skin designed by Headshot at SolutionDesigns.net